Германия 1

Летом 2002, мы с семьей переехали в Германию. Мне тогда было четырнадцать лет. Я совсем не хотел переехать. Я скучал по своим друзьям и знакомым и по привычному образу жизни. Хотя не все было по другому, многое было незнакомо. Продукты были другие; у нас на кухне не было измельчителя; дома не было кондиционера; Мы жили на деревне, где заводили коров, овец, и даже павлинов и эму. Было зелено и красиво—когда я впервые проснулся и смотрел из окна на деревню, мне вспомнился Шир Толкина так, как он изображен в тогда недавно вышедшем фильме—зато сильный запах навоза часто веял через постоянно открытые окна. Жизнь, казалось, шла медленнее, чем в Америке. И церковь и военная база (где работал отец и где была моя школа) находились не меньше, чем полчаса в машине от нашего дома. Почти все наши знакомые тоже жили далековато от нас. А летом, после того как мы переехали, у мамы пока не было водительского права в Европе, а папа каждый день ездил на работу. Мы с мамой, сестрой и братьями должны были остаться дома летом. Наши вещи еще не прибыли из Америки. У нас были только мебель заимствованная из военной базы и несколько вещей. Нечем было заниматься. Было живописно, но скучно на деревне. Между тем, международная ситуация была тревожна, и она повлияла на меня. США уже воевали в Афганистане и против террористов в других местах. Работа моего папы была прямо связана с этой войной, он планировал разные операции, о которых ему было нельзя сообщить нам. Его часто посылали на командировку за границу без нас. Меня волновало то, что было неизвестно, чем занят папа. Безопасен ли он? Тем более, безопасны ли мы? Опасение терактов было почти постоянное в те годы. Из-за войны против терроризма, многие опасались, что американцы заграницы станут мишенью. Нам советовали не собираться вместе с другими американцами в больших группах и не показывать на публике американскую символику (например флаг).
В то время войн и слухов о войнах, я часто думал не только о современных конфликтах но и об исторических. Когда-то ночью не спалось и я стал размышлять об истории. Я думал о войне, которая произошла сотни лет назад. Размышляя о той войне, я задавался вопросом, на какой стороне был Бог тогда? Когда говорили о современной войне против террористов, многие патриоты искренне утверждали, что с Америкой воевал и Господь. А до существования США, на какой стороне воевал Бог? Когда я старался разгадать ответ на этот вопрос, в ум пришла мысль, что Бог любил и ту и другую сторону той исторической войны. Следовало, что Он по-настоящему любит всех. Он любит и тех, кого я считал врагами. Он любит и меня грешного подростка. В меня вселила эта несравнимая любовь Бога. Я не просто умозаключением понял, что Он всех любит. Я прямо ощущал Его любовь, и она была ошеломляющая, потрясающая. С тех пор, я уверен в Его любовь ко мне и ко всем.